Александра Смолич (amsmolich) wrote,
Александра Смолич
amsmolich

Category:

Дача и дворец для царевича Хлора

На фотографии парадный костюм семилетнего великого князя Александра Павловича. В XVIII веке ещё не было специальной одежды для детей. Покрой был точно такой же как для взрослых, только маленького размера. А вот этот костюмчик, который был показан на выставке в Эрмитаже, был сшит по выкройке, которую придумала Екатерина для своего внука. На самом деле это комбинезон – совершенно новое явление. Штанишки и камзол сшиты вместе, но задний шов на штанишках не зашит. Под кафтаном штанишки, чтобы они не сваливались, завязывались лентами. На выставке были представлены три таких комбинезона. Выкройку Екатерина послала кузену Густаву в Стокгольм. Там сохранился точно такой же комбинезон маленького Густава IV.

Когда Александру исполнилось четыре года Екатерина сочинила для него «Бабушкину азбуку», состоявшую из почти двухсот нравоучительных изречений: «ошибки суть свойственны человечеству», «нет стыда признаться человеку в своей ошибке», «во всяком деле должно выслушивать обе стороны, пусть защищает всякий свою правду», «множество злоупотреблений вкрадывается помалу во все то, что идет чрез руки человеческие», «равенство всех граждан состоит в том, чтобы все подвержены были тем же законам», «вольность есть право все то делать, что законы дозволяют», «кто не умеет молчать, тот не умеет слушать», «люди часто сами бывают причиною своего счастья или несчастья»
А ещё бабушка сочиняла для внука сказки. Маленький царевич Хлор - «дитя редкой красоты и ума», смел, добронравен, учтив. Киргизский хан, который много слышал о царевиче, похитил Хлора «для узнания же его дарований». Хан повелел найти Хлору «розу без шипов, которая не колется» - воплощение совершенной добродетели, которая доставляет человеку полное наслаждение. Дочь хана, Фелица, чтобы помочь царевичу, дает ему в сопровождающие своего сына, Рассудка. Преодолев множество препятствий и устояв перед соблазнами Хлор с помощью Рассудка, а также Честности и Правды находит «розу без шипов, которая не колется».

В 1789 году, когда Александру исполнилось одиннадцать лет, Екатерина в подарок внукам начала строительство Александровой дачи. Дача строилась между Царским Селом и Павловском на берегах Тызвы. Но тут напал шведский кузен Густав III, поэтому было не до строительства. Работы были возобновлены в 1790 году. Летом 1791 года Александр и Константин приехали на дачу.

Александрова дача объединяла около десяти павильонов, которые были связаны между собой сюжетом «Сказки о царевиче Хлоре». На Тызве была устроена плотина, в результате чего образовался небольшой разлив, на берегу которого возвышался дом царевича Хлора с Гротом. По воде плавали модели больших кораблей.
Александр вместе со своим наставником, Лагарпом, прогуливаясь по английскому парку, «читали» сказку Екатерины – от шатра киргизского хана к павильону мурзы Лентяги, далее через ниву с хижиной Тружеников к храму Цереры, и наконец, вверх по каменистой тропе к храму Розы без шипов.

Шильдер дает подробное описание дачи и публикует несколько гравюр с видами.








«Не в дальнем расстоянии увидели дом крестьянский и несколько десятин весьма удобренной земли, на которой всякий хлеб, как-то: рожь, овес, ячмень, гречиха и проч. засеян был; иной поспевал, иной лишь вышел из земли. Подалее увидели луга, на которых паслись овцы, коровы и лошади. Хозяина они нашли с лейкою в руках: обливает рассаженные женою его огурцы и капусту; дети же упражнены были в другом месте, щипали траву негодную из овощей. Рассудок сказал: "Бог помочь, добрые люди"; они ответствовали: "спасибо, баричи"; кланялись же царевичу незнакомо, но Разсудок приязненно просили, говоря: "посети, пожалуй, наше жилище, и матушка твоя ханша нас жалует, посещает и не оставляет"».



Дорога к храму Фелицы, где растет «Роза беем шипов, которая на колется» по повелению Екатерины была специально сделана крутой, узкой и каменистой, потому что:
«Хлор с провожатым [Рассудком] пошли прямо к горе и нашли узкую и каменистую тропинку, по которой шли с трудом. Тут попались им навстречу старик и старуха в белом платье, равно почтенного вида; они им протянули посохи свои, сказали: "упирайтеся на них, не спотыкнетеся". Здесь находящиеся сказывали, что имя первого Честность, а другой Правда».



Г.С. Сергеев. Александрова дача. «Вид храма, посвященного Фелице, где растет роза без шипов, в саду его императорского высочества великого князя Александра Павловича».


Так с помощью Рассудка, Честности и Правды можно достичь совершенной добродетели.



Сейчас от Александровой дачи сохранились только руины храма Флоры и Помоны:


В сентябре 1783 года скончалась Софья Ивановна Бенкендорф. Александру тогда шел шестой год, а Константину – пятый. Екатерина нашла: «что время приспело, чтобы от них отнять женский присмотр» и поручила главный надзор над воспитанием великих князей Николаю Ивановичу Салтыкову. Его помощником был Протасов. Закон Божий великим князьям преподавал протоиерей А. А. Самборский, русский язык - М. Н. Муравьев ; с 1791 г. академик П. С. Паллас обучал их естественным наукам, Л. Ю. Крафт - экспериментальной физике, К. Массон - математике. Французский язык преподавал швейцарец Фредерик Цезарь Лагарп (1754-1838).

10-го июня 1784 года Лагарп решился на смелый шаг и представил императрице через Салтыкова обширную записку, как бы педагогическую исповедь, в которой он высказал свое настоящее призвание- быть наставником и изложил в подробности, какие предметы и при помощи каких пособий он может и должен преподавать великим князьям. Записка Лагарпа дополняла наставление Екатерины. Она одобрила мысли, высказанные в записке, и собственноручно на ней написала: «Действительно, кто сочинил подобную записку, тот способен преподавать не один только французский язык». По мнению Лагарпа, будущий правитель должен быть честным человеком и просвещенным гражданином. А какая же наука может развить гражданское чувство более, нежели история?

Двадцатидевятилетний Лагарп стал воспитателем великих князей, о чем упомянул в своих записках: «Провидение, по-видимому, возымело сожаление о миллионах людей, обитающих в России; но лишь Екатерина II могла пожелать, чтобы ее внуки были воспитаны, как люди». Эту фразу прекрасно прокомментировал издатель «Русского архива» Петр Иванович Бартенев (1829-1912): «Стоит заметить эту черту крайнего самолюбия и забавной (объясняемой орографическими условиями) тесноты и узости взглядов в славном Швейцарце, которому суждено было иметь такое влияние на государя обширнейшей в свете державы».

О себе Лагарп сообщал: «… я был преисполнен республиканскими правилами, воспитан в одиночестве, совершенно отчужден от мира, жил более с книгами и созданиями фантазии, чем с настоящими людьми».

Лагарп не скрывал своих республиканских убеждений. Екатерина ему доверяла: «Будьте якобинцем, республиканцем, чем вам угодно. Я вижу, что вы честный человек, и этого мне довольно. Оставайтесь при моих внуках, пользуйтесь полным моим доверием и продолжайте заботиться о них со свойственным вам усердием».

Екатерина пишет о своей республиканской душе на старости лет, имея за плечами колоссальный опыт тяжелейшей работы по управлению империей. А тут эти идеи стал преподавать двадцатидевятилетний теоретик, прибывший в Россию из карманной республики. Что он знал о России? И кому стал начинять мозг этими идеями – подростку!

В 1794 году Лагарп вернулся в Швейцарию. Там он стал членом Гельветической директории, потом диктатором. Так вот там он свои идеи проводил в жизнь очень даже сурово и насильственно. «Общая участь крайних вольнолюбцев!» Лагарп приобрел опыт управления людьми, в результате чего его взгляды совершенно изменились. В 1801 году Александр I пригласил своего учителя в Петербург. Лагарп никогда не присутствовал на заседаниях Негласного комитета , но Александр зачитывал его записки по разным вопросам. Но, это был уже не тот прежний Лагарп. Он советовал избегать таких слов как «свобода, воля, освобождение». Александр это понял, в 1803 году Лагарп вернулся в Швейцарию.

Лагарп оказал огромное влияние на Александра, они переписывались всю жизнь. В этом году полностью переведена и опубликована их переписка. Кстати, с Аракчеевым Александр тоже дружил всю жизнь.

Пыляев пишет, что проект Лицея был написан Лагарпом. Известно, что в Лицее не было телесных наказаний, как не было их при воспитании Александра и Константина. Павел Петрович и Мария Фёдоровна были большими поклонниками традиционных методов воспитания, поэтому младшим сыновьям, Николаю и Михаилу, досталось.

В 1793 году, когда Александру Павловичу исполнилось шестнадцать, Екатерина решила, что ему пора жениться. Для молодой семьи ещё в 1792 году между Царским Селом и Павловском начали строить Александровский дворец.

Пыляев об Александровском дворце:








Шильдер об Александровском дворце:


Александр и Константин никогда не были изолированы от родителей, они постоянно общались. Александр с детства находился между молотом и наковальней, ему постоянно приходилось угождать то одной, то другой стороне, соответствовать противоположным взглядам, вкусам, скрывая свои собственные взгляды и чувства. Влияние этой нездоровой обстановки сказывалось всю жизнь, отсюда такие качества как двоедушие, двойственность в делах, мнительность, скрытность, притворство, но также поразительное самообладание.

В Гатчине Александр увлекся фронтом, выправкой, парадоманией. «по-нашему, по-гатчински». До 1795 года Александр ездил к отцу в Павловск раз в неделю, а потом стал ездить четыре раза в неделю. Там он занимался учениями, маневрами и парадами. С 1796 года стал ездить ежедневно в шесть утра, часто оставался после обеда. В 1818 году Александр рассказывал: « Я в молодости стоял близ батареи и от сильного гула пушек лишился слуха в левом ухе». Там Александр на всю жизнь приобрел военную выправку и усвоил капральский дух. Там, при малом дворе, резко осуждали правление Екатерины, свободомыслие Александра. Павел ненавидел Лагарпа, старался искоренить в уме своих сыновей лагарповы внушения: «вы видите, мои дети, что с людьми следует обращаться, как с собаками».
В это же самое время Екатерина рассуждала с внуком о правах человека и читала с ним французскую конституцию, разъясняя все её статьи, а также причины французской революции. При этом Лагарп: «дети жаловались на отца, и мне стоило большого труда истолковывать поведение его с выгодной стороны и сохранить в них сыновнюю привязанность». Павел его потом «отблагодарил», когда стал императором, он лишил Лагарпа пенсии.

К каким политическим взглядам и убеждениям привели Александра воспитание и ненормальная семейная обстановка? В 1796 году в беседе с Адамом Чарторыйским Александр говорил, как он «ненавидит основные начала своей бабки и отрекается от них и от ненавистной политики России! Он страстно любит справедливость и свободу». Но при этом Чарторыйский отметил «милитаризм во вкусе его отца великого князя Павла».


По мысли Екатерины дача и дворец должны были стать олицетворением её любви к внуку. После её смерти и дача и дворец были преданы забвенью, что олицетворяет собой чувства, которые Александр питал к бабке и к её царствованию. Александр относился враждебно к политической системе своей бабки, он совершенно не понял и не оценил её гения. Мало того, у него не было личного чувства привязанности к ней, которая считала его ангелом и безгранично любила. Результат воспитания получился совершенно обратный тому, которого она ожидала. К счастью, она об этом никогда не узнала. Почему так случилось? Я бы тут процитировала Екатерину: «чего не сделала природа, того не даст никакое учение, но учение часто заглушает природную остроту, и нет ничего хуже, как люди натертые умом и знанием» .
Tags: Дачи, Книга, Львов, Пыляев, Эрмитаж
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments

Recent Posts from This Journal